Кажется, я вновь слышу этот запах. Нет сомнений, он был достоин доверия, и игры секс в постели его ворожила людей, как
ворожит их всё смертельное, однако, если б седой лис внезапно не съехал с
петель, а Домонтович не оказался замешан в дурацком шахер-махере с древесиной,
то ни армейское влияние, ни плакаты и драматические публичные речи, ни даже
клип Оленьки Грач, где под её голосистую лабуду игры секс в постели ног Некитаева покорно
ложились, усмирённые одним лишь мановением его десницы, штук восемь уссурийских
тигров, – ничто это, возможно, не обеспечило бы Ивану столь оглушительную
победу.
Особенно ужаснули Петрушу свиные глаза, приготовленные изощрённым китайским
способом – на раскалённой игле, благодаря чему глазная жидкость закипала прямо
под собственной оболочкой, внутри мутнеющего яблока. Ему тринадцать лет.
Пётр без чувства посмотрел на недоросля.
– Я, я – головка от торпеды! Спустя пару дней господин действительно снова появился на стройке
с двумя представительными англичанами, и подрядчик опять счёл за честь
познакомить гостей со своей работой. С тех пор – дней пять уже – коллективных
чародейств избегали, игры секс в постели в доме на Елагином появлялся лишь старый мог Бадняк. Ко всему, в обычае этого дела были всякого рода неожиданности и
курьёзы. Словом, Легкоступов освободил лиса. Легкоступов
поразмыслил и тряхнул головой – там что-то брякнуло, свидетельствуя о
игры секс в постели непорядке. Нестор. Легкоступов явился первым и озадаченно
отметил, что стол сервирован на пятерых. – донёсся от закусочного стола голос Прохора. Всё, отныне нет больших и маленьких решений,
есть только поступки, которые он – император – должен совершить немедля. Ну, сукин кот!
Когда генерал, скрывшись со своим безропотным дуваном в прихожей,
победоносно громыхнул входной дверью, денщик торопливо, но с достоинством
махнул стопку водки, привередливо выковырял со игры секс в постели полной фарфоровой плошки
маринованный огурчик, вкусно хрустнул и осклабился. – Златоуст, сущий игры секс в постели! – У Петра неудержимо задрожали колени. И нет
ни секунды на рефлексию – потому что смерть за углом, под этим столом, за тем
креслом! Кто объяснит:
отчего, когда колдун встаёт ногами на собственные ладони и выкатывает белки, у
объекта его ворожбы начинают выпадать на голове волосы? А так как признать это неловко. Она – огонь, заложенный в вещи.